Любить и помнить [Демоны прошлого] - Вера Кауи

Сара даже не заметила, как ее молитва перешла в рыдания. Она думала только об одном – чтобы Эд благополучно вернулся. И она должна увидеть его. Немедленно увидеть и все сказать.

Еще одна «летающая крепость» пронеслась над деревьями парка, не выпуская шасси, готовясь приземлиться на брюхо и раскачиваясь с крыла на крыло как пьяная. Чей же это экипаж? Кто сидит за штурвалом? Случалось, что машину сажал кто-нибудь из оставшихся в живых – стрелок, радист, штурман... Подбитый самолет со страшным скрежетом плюхнулся на взлетную полосу, вверх взметнулся столб огненных искр. Сколько в нем трупов? Сара видела, как к руинам спешили санитарная машина, джипы, бежали какие-то люди. Но прочитать название на борту не могла. Может быть, это «Девушка из Калифорнии»?

Вытерев глаза, она чуть помедлила у входа, собирая в кулак всю свою выдержку, но нетерпение гнало ее вперед, и она почти бегом влетела в дом. Сэр Джордж, увидев ее, запыхавшуюся, заплаканную, с растрепанными волосами, не подал виду, что понял, в чем дело.

– Я передал ему, что ты возвращаешься, – сказал он.

Она повернулась и выбежала прочь, направившись прямо к павильону. Оттуда лучше всего было видно приземляющиеся машины. Если «Девушка из Калифорнии» еще не села, она разглядит ее красный свитер. И если вести самолет будет Эд, он, может быть, посмотрит вниз и заметит ее возле каштана. Если, конечно, к этому времени не успеет стемнеть.

Как раз в тот момент, когда Сара добежала до озера, над ним показалась «летающая крепость», тоже вся в дыму и в огне, с огромной дырой в одном крыле. Это уже седьмая машина. Их должно быть больше. На базе находилось двадцать четыре самолета, но, если потери за эту неделю велики, как сказал мистер Сарджент, их, вероятно, осталось восемнадцать или даже пятнадцать. Если пятнадцать, то должны прилететь еще восемь.

Пока Сара производила эти расчеты, показался еще один бомбардировщик, тоже подбитый, в дыму и огне. Восьмой.

Сара мерила шагами берег, как зверь, загнанный в клетку cbopix мыслей. Посмотрела на часы. Десять минут шестого. Самолеты с вышедшими из строя моторами могут задерживаться на целый час. Ей придется набраться терпения. Если понадобится, она будет ждать всю ночь. Только бы он вернулся, Господи, только бы он вернулся. Пусть только он спустится с холма, вернется из этого ада, усталый, мрачный, какой угодно, только пусть вернется.

Живой.

Она знала, что «летающая крепость» – очень надежная машина. Она видела их после рейда – с огромными дырами в фюзеляже, с пробитыми хвостами, с оторванными крыльями. Эд говорил, что они могут лететь с одним мотором. Ему самому приходилось пару раз садиться таким манером.

Еще один самолет показался над деревьями, опять с огненным шлейфом. Эд способен на невозможное; он был летчиком-испытателем, он любил летать и имел с самолетом почти мистическую связь. Он зачаровывал Сару описаниями полетов, которые звучали в его устах как стихи, и дал ей прочитать книжку французского летчика Антуана де Сент-Экзюпери, которую считал непревзойденной. Экипаж «Девушки из Калифорнии» был убежден, что их самолет – живое существо, они относились к своей машине, как к женщине – любовно, заботливо и почтительно. Они тщательно готовили ее к полету, и она всегда находилась в отличном техническом состоянии, а их техник-сержант Хоффман не имел на базе равных. Он стопроцентно гарантировал готовность машины, передавая ее в руки Эда.

Сара все ходила как заведенная взад-вперед вдоль озера. Напряжение и страх усиливались, силы покидали ее. Прошло уже много времени, она потеряла ему счет. Новых самолетов не появлялось. В половине седьмого прилетел девятый. По ее расчетам, не хватало шести, может быть, больше. Если Эд уже на земле, это не значит, что с ним все в порядке. Он может быть серьезно ранен, смертельно ранен, обожжен. Господи, не допусти, чтобы он был ранен, но коли уж так суждено, пусть будет ранен, но только не мертв. Может быть, он еще придет. Скажем, в полвосьмого. До этого часа еще много времени. Но если он не придет тогда, то не придет вовсе.

Время тянулось невыносимо медленно, оно будто остановилось. Самолеты больше не прилетали. Было холодно, темно и очень тихо. Она все ходила и ходила, смотрела в небо и напрягала слух. В четверть восьмого его еще не было.

Она прекратила шагать и стала как вкопанная, уставившись невидящими глазами в пустое небо. Ничего.

Сара подошла к павильону и присела на ступеньку. Страх куда-то ушел. Она вообще перестала что-либо чувствовать. Вся словно онемела. Не от холода. Ее парализовало отчаяние. Он погиб, и она никогда больше не увидит его. И он не узнает, как она его любит. Она уже не думала о Джайлзе. Никакого Джайлза не существовало. Был только он. Только Эд. Плакать она не могла. Только сидела и безвольно смотрела перед собой. Он ушел из жизни, не узнав о ее любви. Столько недель прошло зря, в течение которых она так много могла ему дать. Вернуть ему всю любовь, которую он пробудил в ней, всю страсть, которую в ней открыл. Чувства, о которых она до него не подозревала и о которых даже не мечтала рядом с Джайлзом, таким простым, милым, сдержанным, таким английским и таким теперь чужим.

Она прислонилась спиной к холодному мрамору павильона. По-прежнему ничего не чувствуя. Она была как мертвая. Смутно догадывалась, какая боль ее ждет, когда пройдет онемение. В голове засела только одна мысль – она никогда больше не увидит Эда. Все сходится: среднее количество боевых вылетов – пятнадцать. Но какое отношение могут иметь какие-то средние цифры к Эду? Вот и этот вылет был у него шестнадцатым. Уже не среднее число. Опять он был исключением из правил...

Восемь часов. Он опаздывает уже на три часа. Если только он жив. Но его нет. И больше не будет.

Сара бессильно поднялась. Сэр Джордж ждет ее. Он все знает. Она поняла это по взгляду, которым он ее встретил. Он проницательный человек, а она плохой конспиратор. Но он добрый, сердечный. Он поймет. Что же касается Джайлза... Но о нем думать она не могла. Не теперь, во всяком случае. Потом, когда она вообще будет в состоянии о чем-либо размышлять.

Сара повернула в сторону дома. В слабом зете звезд она заметила чью-то фигуру, спускающуюся с холма. Она с усилием вгляделась, пытаясь сообразить, кто это. Наверно, сэр Джордж вышел ее искать. Нет, он ниже ростом.

Сердце у нее вдруг бешено забилось, и ее проняла дрожь.

Это был Эд.

Глаза Сары застлал туман, в ушах зашумело. Застучали зубы. Она обхватила себя руками, инстинктивно пытаясь унять нервную тряску.

Он подошел прямо к ней. Не произнес ни слова. Молча протянул руки, и она упала в его объятия. Он тоже дрожал. Они безмолвно стояли, прижавшись друг к другу.